Соседка

Соседка

Авторы:

Жанр: Современная проза

Циклы: не входит в цикл

Формат: Полный

Всего в книге 2 страницы. У нас нет данных о годе издания книги.

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность. Книга завершается финалом, связывающим воедино темы и сюжетные линии, исследуемые на протяжении всей истории. В целом, книга представляет собой увлекательное и наводящее на размышления чтение, которое исследует человеческий опыт уникальным и осмысленным образом.

Читать онлайн Соседка


Владимир Козлов

Соседка

Стою на балконе. Двор почти не виден из-за зелени деревьев. У подъезда тормозит "форд", почти новый - лет пять максимум. Выходит Юля с пятого этажа - в коротком черном платье, с маленькой черной сумкой. Она кивает водителю, заходит в подъезд.

Я резко дергаю ручку, первая балконная дверь ударяется о вторую, дребезжит стекло. Я кричу:

- Мама, я выброшу мусор?

Мама отвечает из кухни:

- Поздно уже, двенадцатый час. Всякая шваль по улицам ходит...

- Никто там не ходит.

- Ну, как хочешь...

Щелкаю выключателем, открываю дверь в туалет, хватаю синее ведро с черной крышкой. Сую ноги в старые кеды, выскакиваю из квартиры.

Юля стоит на площадке между вторым и третьим этажом, у почтовых ящиков, курит. Я говорю:

- Привет.

- Привет.

- Сигареты есть?

- А не задрал ты уже меня, а?

- Я тебя не драл.

Она отводит ногу и бьет меня по колену. Больно. Я сжимаю зубы, морщусь, но не ору.

- Ты что - вообще?

- Что вообще?

- Ну на фига так делать?

- А на фига так говорить? Все твоей маме расскажу - и что куришь...

- А я - твоей расскажу.

- Рассказывай. Что ты ей расскажешь?

- То и расскажу. Что куришь, что это самое...

- Что "это самое"?

- Сама знаешь.

- Ничего я не знаю, ясно? Я - взрослый человек, мне в мае было восемнадцать, понятно? А ты еще пацан.

Я в шутку замахиваюсь на Юлю, она отступает.

Я спрашиваю:

- Оставишь добить?

- Держи.

Она передает мне сигарету. Фильтр - в темно-красной помаде. Я осторожно обрываю с него бумажку.

- Что, боишься заразиться? - Юля улыбается. - Не бойся, у меня триппера нет.

- Ничего я не боюсь, просто неприятно.

- Что неприятно?

- Помада.

- А-а. Ну ладно, я пошла. Пока.

- Пока.

Захожу в квартиру, захлопываю дверь. Мама кричит из кухни:

- Где ты так долго ходишь?

- Юльку встретил, поговорили.

- Что у вас с ней за общие интересы? Тебе четырнадцать, ей восемнадцать. Шляется где-то допоздна, потом ее на машинах привозят...

- Не на машинах, а на машине - всегда на одной.

- А какая разница?

Я ставлю ведро в туалет, выхожу на балкон. Уже совсем стемнело. Смотрю на окна Юлиной квартиры - все светятся. Они живут в двухкомнатной квартире, почти такой, как у нас, вшестером - Юля, ее брат - в шестом классе, родоки и дед с бабкой. Приехали семь лет назад из Эстонии, ее папаша и дед были военными, а потом их оттуда поперли. Когда они только приехали, Юля ходила с длинной черной косой. Это сейчас она постриглась и сделала мелирование.

*

Стоим с Юлей в подъезде. Сигарет нет. Она говорит:

- Смотри, какое загаженное стекло. Ничего через него не видно.

- Типа их кто-то моет...

- Ну я не знаю... Должны мыть - уборщицы какие-нибудь.

- Какие уборщицы? Ты видела хоть раз, чтобы подъезд убирали?

- Не-а.

- Ну вот. Взяла бы и вымыла, если не нравится, что грязное.

- Вообще, мне все равно. А если бы и ты вымыл - сидишь днями дома на каникулах. Все б тебе спасибо сказали...

Я вынимаю из кармана ключ, ковыряю зеленую стену. На ней до ремонта была надпись "Семь лет прошло, немалый срок - вставай за хеви-метал рок. Мой друг, кончай вола доить, нам без металла не прожить". Это написали друзья Дэника из сороковой квартиры. Он уже год, как в армии.

- Что ты делаешь? - говорит Юля. - На фига стену портить? Только ремонт сделали.

- У тебя не спросил.

- А мог бы и спросить - у старшего товарища. - Она смеется.

Я смотрю на полоску ее загорелого живота между юбкой и кофтой. В пупке - серебряная сережка.

- От тебя воняет, ты ебалась.

- Ты что - дурной?

- Говорю - воняет.

- Не, ты что - на самом деле дурачок?

- Ты пила и ебалась, ты пьяная и оттраханная дура, ясно, кто ты?

- А ты кто? На себя посмотри. Ты еще молодо выглядишь, мальчик, ясно?

- Неясно.

- Ну, неясно, так неясно. Меня это не волнует.

Юля начинает подниматься по лестнице. Я смотрю на ее ноги.

*

Захожу в троллейбус. Сзади кто-то трогает меня за плечо. Поворачиваюсь. Юля.

- Привет. Откуда ты?

- Так. Гулял.

- И я тоже гуляла. - Она смотрит на кабину водителя. - Надо билетики купить.

- Забей. Уже десять часов - никаких контролеров давно нет.

- Ну, смотри. Не дай бог контролер - будешь платить за меня штраф, хорошо?

- Хорошо.

- Давай сядем - вон два места.

- Давай.

Садимся на высокое сиденье над колесом. Людей немного. Троллейбус катится мимо забора хлебозавода.

- А почему ты сегодня на троллейбусе? Всегда на машине...

Она не отвечает.

- А как его зовут?

- Кого?

- Ну, твоего парня.

- А какая разница?

- Никакой. Так просто - интересно.

- Ну, Петя его зовут.

- Петя? - Я улыбаюсь. - Имя такое пидарастическое.

- У тебя, можно подумать, красивое. Вова - жизнь моя херова.

Я отворачиваюсь. Впереди, через проход, лицом к нам сидят две девчонки. Одну я знаю - она в нашей школе, на класс старше меня. Волосы разобраны в четыре тонкие косички, накрашена, как обезьяна, облегающие короткие шорты, ноги белые, в комариных укусах, вертит в руках зонтик - не знает, куда деть. Вторую я не знаю. Она в белой блузке с разрезом спереди - виден черный лифчик - и короткой юбке. Сидит, широко расставив ноги. Если б сидел напротив, мог бы заглянуть ей между ног.

Юля шепчет:

- Без мазы. По ним сразу видно, что малолетки. Даже если не ты, а взрослый чувак подойдет знакомиться - убегут. - Она смеется.


С этой книгой читают
Двенадцать обручей

Вена — Львов — Карпаты — загробный мир… Таков маршрут путешествия Карла-Йозефа Цумбруннена, австрийского фотохудожника, вслед за которым движется сюжет романа живого классика украинской литературы. Причудливые картинки калейдоскопа архетипов гуцульского фольклора, богемно-артистических историй, мафиозных разборок объединены трагическим образом поэта Богдана-Игоря Антоныча и его провидческими стихотворениями. Однако главной героиней многослойного, словно горный рельеф, романа выступает сама Украина на переломе XX–XXI столетий.


И это тоже пройдет

После внезапной смерти матери Бланка погружается в омут скорби и одиночества. По совету друзей она решает сменить обстановку и уехать из Барселоны в Кадакес, идиллический городок на побережье, где находится дом, в котором когда-то жила ее мать. Вместе с Бланкой едут двое ее сыновей, двое бывших мужей и несколько друзей. Кроме того, она собирается встретиться там со своим бывшим любовником… Так начинается ее путешествие в поисках утешения, утраченных надежд, душевных сил, независимости и любви.


Вещи и ущи

Перед вами первая книга прозы одного из самых знаменитых петербургских поэтов нового поколения. Алла Горбунова прославилась сборниками стихов «Первая любовь, мать Ада», «Колодезное вино», «Альпийская форточка» и другими. Свои прозаические миниатюры она до сих пор не публиковала. Проза Горбуновой — проза поэта, визионерская, жутковатая и хитрая. Тому, кто рискнёт нырнуть в толщу этой прозы поглубже, наградой будут самые необыкновенные ущи — при условии, что ему удастся вернуться.


Веселие Руси

Настоящий сборник включает в себя рассказы, написанные за период 1963–1980 гг, и является пер вой опубликованной книгой многообещающего прозаика.


Предатель ада

Нечто иное смотрит на нас. Это может быть иностранный взгляд на Россию, неземной взгляд на Землю или взгляд из мира умерших на мир живых. В рассказах Павла Пепперштейна (р. 1966) иное ощущается очень остро. За какой бы сюжет ни брался автор, в фокусе повествования оказывается отношение между познанием и фантазмом, реальностью и виртуальностью. Автор считается классиком психоделического реализма, особого направления в литературе и изобразительном искусстве, чьи принципы были разработаны группой Инспекция «Медицинская герменевтика» (Пепперштейн является одним из трех основателей этой легендарной группы)


Малые святцы

О чем эта книга? О проходящем и исчезающем времени, на которое нанизаны жизнь и смерть, радости и тревоги будней, постижение героем окружающего мира и переполняющее его переживание полноты бытия. Эта книга без пафоса и назиданий заставляет вспомнить о самых простых и вместе с тем самых глубоких вещах, о том, что родина и родители — слова одного корня, а вера и любовь — главное содержание жизни, и они никогда не кончаются.


Склеивая осколки

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Три часа между самолетами

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Бесстыжие размышления о человеке будущего

«…Устремлённость в будущее – вот отличительная черта идеологических учений, завладевших умами человечества в индустриальную эпоху. Гуманизм и справедливое, разумное мироустройство, рациональное управление обществом – таковы элементы стройной социальной системы будущего, созданной умами выдающихся утопистов минувших столетий. Могли ли предвидеть Кампанелла и Томас Мор наступление эпохи научно-технической революции, изменившей условия жизни рода людского во второй половине двадцатого века?А человечество, между тем, всё ещё вымирало целыми городами от эпидемий, с чудовищными затратами открывало новые земли и изобретало простейшие механические устройства.Так продолжалась до тех пор, пока «атмосферный двигатель» Томаса Ньюкомена не втащил род людской в эпоху научно-технического прогресса.


Клинок

«…– Знаешь, я вот что не могу понять, – сказал Иван Петрович, – ведь это оружие – необычайно красиво, достойно восхищения и почитания, так ведь?– Да.– Но как можно восхищаться предметом убийства? Я не понимаю.– Но ведь не меч убивает. Убивает человек.– Нет, ты не понял. Я не говорю об убийце, я сказал об орудии убийства, эдаком билете в загробный мир! Как можно им восхищаться? Этот клинок обагрён кровью, он видел жизни многих людей и оборвал их, он опасен. Он попросту недостоин восхищения. Разве я не прав?– Не совсем, Иван Петрович.


Другие книги автора
Pulp fiction

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Порнуха

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Варшава

«Варшава» – роман о ранних годах дикого (бело)русского капитализма, о первых «сникерсах» и поддельных, но таких дорогих сердцу джинсах Levi's, о близкой и заманчивой Европе и о тяжелой, но честной жизни последнего поколения родившихся в СССР.С другой стороны, это роман о светлой студенческой молодости и о первой любви, которая прячется, но светит, о неплохих, в общем-то, людях, которые живут рядом с нами. И о том, что надежда всегда остается, и даже в самом банальном и привычном может мелькнуть настоящее.


1986

Владимир Козлов – автор семи изданных книг в жанре альтернативной прозы (в т. ч. знаменитой трилогии «Гопники» – «Школа» – «Варшава») и трех книг нон-фикшн (о современных субкультурах), сценарист фильма «Игры мотыльков». Произведения В. Козлова переведены на английский и французский языки, известны европейскому читателю.Остросюжетный роман «1986» построен как хроника криминального расследования: изнасилована и убита девушка с рабочей окраины.Текст выполнен в технике коллажа: из диалогов следователей, разговоров родственников девушки, бесед ее знакомых выстраивается картина жизни провинциального городка – обыденная в своей мерзости и мерзкая в обыденности.Насилие и противостояние насилию – два основных способа общения людей с миром.


Поделиться мнением о книге