Южные ночи

Южные ночи

Авторы:

Жанр: Исторические любовные романы

Циклы: не входит в цикл

Формат: Полный

Всего в книге 132 страницы. У нас нет данных о годе издания книги.

Тяжелое ранение оборвало военную карьеру Тревора Прескотта — карьеру, которая была для него смыслом жизни. Отец отправляет молодого человека погостить и развлечься в имение Стэнтонов, старинных друзей семьи. Очаровательная Леа, племянница гостеприимного хозяина, с первого взгляда покоряет сердце сурового воина. Только вот незадача — у Леа есть сестра-двойняшка, и взбалмошные девушки питают склонность к переодеваниям и мистификациям…

Читать онлайн Южные ночи


Глава 1

Ричмонд, Виргиния, 1851 год

— Сегодня я получил письмо.

От резкого стука, сопровождающего эти слова, Тревор Прескотт вздрогнул и повернул голову. Отец выколачивал пепел из своей резной костяной трубки, стуча ею о край пепельницы, стоявшей посередине массивного дубового стола. Тревор молча наблюдал за его неторопливыми, размеренными действиями и нетерпеливо ждал, когда он закончит свое занятие. Как и многие почитатели курительных трубок, отец во всем проявлял основательность и никогда не спешил, особенно если у него в руках была трубка.

Тревор зевнул. Его светло-карие глаза остановились на алом, подбитом подкладкой жакете отца, который по настоянию матери следовало надевать, чтобы он впитывал в себя «этот мерзкий запах дыма». Удивительно уступчивым становился его несгибаемый отец, едва дело касалось его дражайшей половины. Джон Прескотт буквально преображался, становясь мягче воска, в присутствии своей супруги, наделенной, кстати, недюжинной волей и настойчивостью.

Да еще эта феска, украшенная золотым шнуром, с такой смешной кисточкой, которая болтается при каждом движении… Не в силах сдержать улыбку, Тревор перевел взгляд на охотничьи эстампы, засунутые за стеклянные дверцы высоченного книжного шкафа.

— Надеюсь, ты помнишь Эдварда Стэнтона? — Твоего старинного друга? Когда он снялся с места и уехал во Флориду, ты очень огорчился. В каком же году это случилось?..

— Восемь лет назад. До тех пор Эдвард и представления не имел о том, что такое сахарный тростник. Просто чудом он превратился в процветающего плантатора. — Несколько понизив голос, Джон добавил: — И был им до недавнего времени.

Тревор поворочался в глубоком кресле, обитом коричневой кожей, пытаясь найти более удобное положение. Ему вовсе не хотелось поощрять склонность отца к драматизации. Он молча ждал, не собираясь вытягивать новости по крупицам.

— Бедняга Эдвард, — снова заговорил Джон, теребя пальцами кисет. — Жаль, жаль… Едва «Ривервинд» достигла своего расцвета, а ей уже грозит упадок.

Любопытство все же вынудило Тревора задать вопрос:

— У Стэнтона долги?

— К несчастью. Впрочем, я вовсе не намерен обсуждать денежные дела своего друга… К тому же Эдвард написал мне конфиденциально. — Джон поглядел поверх головы сына на висевший на стене документ в рамочке. — Он не хотел, чтобы я когда-нибудь упоминал…

— Вовсе не обязательно продолжать. И так нетрудно догадаться. Как и большинство плантаторов, Стэнтон взял взаймы до следующего урожая, а в качестве залога предоставил свое имущество, инвентарь, машины и даже рабов.

Джон взял графин с бренди и налил в два бокала.

— Пока еще Эдвард платежеспособен, — сказал он — Но будущее выглядит довольно мрачно. Плантация полностью зависит от здоровья своего хозяина, все держится только на нем. А у него нет сыновей — бедняга так и не женился.

Приняв от отца бокал, Тревор повертел его в руках.

— Кажется, он болен?

— Да. Во время войны с семинолами Эдварда ранили в голову. Мы думали, что со временем все пройдет, но его до сих пор мучают головные боли. Кроме того, надвигается слепота. Просто чертовщина какая-то.

— Полагаю, ты неспроста говоришь мне все это. Правда, я пока не понимаю, как ему помочь. Хотя, зная тебя, догадываюсь, что ты уже кое-что придумал.

При этих словах Тревор сморщился. Положив левую ногу на оттоманку, он принялся свободной рукой растирать схваченные судорогой мускулы, изуродованные ударом вражеской сабли. Он пытался не замечать усиливающейся боли, сосредоточив все внимание на отце. Готовность старика вникать в чужие проблемы не переставала удивлять его. Странно, как этот весьма щедрый и на сочувствие, и на денежную помощь человек ухитрялся оставаться не только трезвомыслящим, но и платежеспособным.

Джон отставил в сторону свой бокал и набил трубку.

— Ты верно догадался. Я кое-что придумал. Неприятное предчувствие насторожило Тревора. Он выпрямился в кресле, глотнув немного бренди и моля Бога о том, чтобы в плане отца не нашлось места сыну.

— У Эдварда здесь, в Ричмонде, есть кузен, который согласился взять на себя управление «Ривервинд». Однако прежде ему необходимо привести в порядок собственные дела, на что потребуется несколько месяцев.

Предвидя неизбежное, Тревор залпом допил бренди. У него полно своих проблем, и ему вовсе не хочется ввязываться в чужие. Нет, он ни за что не поедет во Флориду!

— Вот если бы кто-нибудь смог в течение этого времени присмотреть за хозяйством, — продолжал Джон, — тем самым он спас бы старину Эдварда. Знаешь, зимой во Флориде тепло, не то что тут. Я думаю, теплый климат способствует скорейшему выздоровлению, если человек, например, болен. Или ранен…

Спасибо за заботу! Но вслух Тревор сказал:

— Мне почему-то кажется, папа, что резкая смена климата особенно плохо сказывается на изувеченных конечностях. Если бы было иначе, то я бы давно отправился отсюда куда-нибудь на тропический остров.

Джон шумно и глубоко вздохнул:

— Совсем не вредно дать твоей ноге работу. Возможно, у тебя просто размякли мускулы и им требуется хорошая тренировка?

Тревор покачал головой и ответил на оптимистическое предположение отца ехидным смешком. — Ну ладно, ладно. Пускай это всего лишь мои домыслы, не подтвержденные твоим мудрым доктором, но ведь прежде ты никогда не сдавался без борьбы.


С этой книгой читают
Белая голубка и каменная баба (Ирина и Марья Годуновы)

На портретах они величавы и неприступны. Их судьбы окружены домыслами, сплетнями, наветами как современников, так и потомков. А какими были эти женщины на самом деле? Доводилось ли им испытать то, что было доступно простым подданным: любить и быть любимыми? Мужья цариц могли заводить фавориток и прилюдно оказывать им знаки внимания… Поэтому только тайно, стыдясь и скрываясь, жены самодержцев давали волю своим чувствам.О счастливой и несчастной любви русских правительниц: княгини Ольги, дочери Петра Великого Елизаветы, императрицы Анны Иоанновны и других – читайте в блистательных новеллах Елены Арсеньевой…


Веселый господин Роберт

Юного Роберта Дадли приговорили к смерти. Под мрачными сводами Тауэра между ним и узницей-принцессой Елизаветой вспыхнула страсть, не остывавшая до конца их дней. Его обаяние было залогом ее могущества. Они желали одного – власти, и он первый назвал ее королевой. Власти достигли оба, но Елизавета так и не смогла стать женой сэра Роберта…


Регина

Исторический роман о любви. Франция, 16 век. На фоне вечного противостояния правящей династии Валуа и семейства Гизов разворачивается трагическая история любви и ненависти младшей сестры знаменитого Луи де Бюсси — Регины де Ренель.


Павлинья гордость

Австралия начала века… Великолепный опал несет проклятие старинному роду. Героиня романа Джессика растет в мрачном замке Дауэр в полном неведении, пока неведомые силы и богач Бен Хенникер вершат ее судьбу…


Сколько живёт любовь?

Вот и всё, вот и кончилась война, кончилась, кончилась, кончилась… Ей казалось, что об этом пело всё: ночная тишина и даже воздух. Навоевались все и ночь и день… а теперь отдыхают. И будут отдыхать долго, как после тяжёлой и длинной дороги. Сна не было. Почти совсем. Одни обрывки воспоминаний туманят голову мешая заснуть. Сначала не понимала почему. Ведь всё плохое давно позади. Потом, когда выползла застрявшая в сердце обида и снова заставила переживать её, непростимую, поняла в чём собака зарыта. Ей никогда не найти утешение.


Сердце не камень
Автор: Мэри Картер

Общее, что объединяет эти два небольших романа, — это трудный, но романтичный путь любви ее героев от робкой надежды через сомнения и терзания к достижению цели. Впрочем, счастливый конец у каждого из романов свой, как и почерк писательницы, умеющей постичь душу влюбленных и любящих.Для широкого круга читателей.


Имперские истории
Жанр: Фэнтези

Приключения героев «Самого сердитого гнома» и «Одиннадцатого легиона» продолжаются!Суровый Пархавиэль Зингершульцо скитается по дорогам Империи, пытаясь найти своего боевого друга Гифера, а натыкается на искусную воровку Флейту!Эльфийка Джер, учившая искусству меча Дарка Аламеза, вступает в тайную организацию, пытающуюся изменить мир к лучшему…Граф Гилион, граф Карвол и Анри Фламер заключают, скрепя сердце, нелегкий союз…Охота за древним манускриптом, в котором зашифрован секрет призвания в мир величайшего воина времени и пространства, начинается!


Новый стандарт
Жанр: Фэнтези

Новый визит в один из лучших миров отечественной фэнтези – мир молодого и талантливого автора Дениса Юрина!«Одиннадцатый легион»…«Самый сердитый гном»…И теперь – «Новый стандарт»!Мирный договор между Советом Легиона и Ложей Лордов-Вампиров нарушен, ведь кто-то из морронов напал на вампира…Подозрения падают на Дарка Аламеза – и за ним теперь охотятся не только вампиры, но и бывшие братья по оружию…Доказать свою невиновность ему придется самому – при помощи лишь одного человека – таинственного Неприкаянного Конта, которого в Легионе считают безумным…


Под флагом России

С середины 60-х годов XIX века на просторах Тихого океана развернулась настоящая война между «хищниками» — иностранными браконьерами и русскими моряками. Эти события, когда-то вдохновлявшие Р. Киплинга и Д. Лондона, сейчас практически забыты в России. В книгу вошли произведения разных жанров, написанные в конце XIX—XX веков, переизданные впервые за более чем вековой период, и современные исторические исследования, написанные на основе архивных документов. В центре большинства из них — трагическая судьба шхуны «Крейсерок», погибшей в 1889 году в Охотском море на защите морских богатств России.Книга адресована всем любителям истории Российского флота.


Екатерина Медичи. Дела амурные

Она была матерью трех королей Франции и легендарной королевы Марго. Ее прозвали «Черной вдовой» и ославили как «отравительницу» и «чернокнижницу». Ее считают виновницей чудовищной резни в Варфоломеевскую ночь. Но стоит взглянуть на судьбу Екатерины Медичи мало-мальски объективно – и большинство этих обвинений рассыпаются в прах. «Безжалостная отравительница»? Но ни одно убийство, в котором ее подозревают, не доказано. Подстрекательство к Варфоломеевской бойне? Но католики небезосновательно считали свои действия вынужденной самообороной.


Поделиться мнением о книге