Страницы из дневника

Страницы из дневника

Авторы:

Жанр: Биографии и мемуары

Циклы: не входит в цикл

Формат: Полный

Всего в книге 21 страница. У нас нет данных о годе издания книги.

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность. Книга завершается финалом, связывающим воедино темы и сюжетные линии, исследуемые на протяжении всей истории. В целом, книга представляет собой увлекательное и наводящее на размышления чтение, которое исследует человеческий опыт уникальным и осмысленным образом.

Читать онлайн Страницы из дневника


1929 год.

Любовь к истине — не потребность в достоверности, и крайне неосторожно смешивать одно с другим.

Истину любишь тем больше, чем яснее сознаешь, что никогда не достигнешь абсолютного, хотя на поиски его толкает нас истина неполноценная.

Сколько раз мне приходилось замечать, что религиозные люди, в особенности католики, тем слабее тянутся к этой ублюдочной (однако единственно доступной) истине, чем сильнее они убеждены в обладании истиной высшей, подчинившей себе осязаемый мир и наше о нем представление. Да и понятно: тот не производит наблюдений над молнией, кто верит, что она послана богом, тот не следит ни за прорастанием зерна, ни за метаморфозами насекомого, кто во всех явлениях природы видит только непрерывное чудо и слепое подчинение вечному вмешательству божества.

Скептицизм — отправная точка науки; против него и восстает вера.

Я знавал человека, который погружался в черную меланхолию при одной мысли, что должен время от времени менять ботинки, одежду, шляпу, белье, галстук. Дело здесь совсем не в скупости, но в муке не видеть ничего прочного, определенного, абсолютного, на что можно было бы опереться.

Перечел «Orientales» Гюго. Вновь испытываешь то же восхищение, что и в детстве; достаточно мне один раз их перечесть, чтобы знать наизусть. Какая поразительная, чисто ораторская изобретательность! Здесь все: сила и изящество, улыбка и пафос рыданий. Что за богатство приемов! Как высок поэтический подъем! Какое знание стиха, как свободно он им владеет! Такая мастерская легкость дается только при полной завороженности словом и его звучанием. Мысль у него подчинена слову, фразе, образу; вот почему Гюго (совсем не такой простец, каким его выставляют) всегда предпочитал чувства и мысли наиболее пошлые, совершенно не заслуживавшие его внимания, — чтобы отдаться все существом своим наслаждению их поведать, плодить и размножать.

С обычной для него отменной учтивостью, С. Посылает мне два кусочка амбры, содержащих еле видимых насекомых, и небольшую статью Мориса Трэмбли[1] (по поводу открытия им пресноводных полипов). Меня восхищает эта брошюра. Списываю: «Он знает, когда сомнение ему выгодно и необходимо, и умеет во-время усомниться в собственных выводах. Он всегда стремится видеть вещи такими, каковы они в действительности, а не такими, какими он желал бы их видеть». И добавляет: «В этом смысле Реомюр (ибо здесь речь идет именно о нем) оказал большую услугу науке, чем Бюффон».

Совершенно случайно и не помышляя об астрологии, я открыл, что как раз 21 ноября — в день моего рождения — земля переходит из знака Скорпиона в знак Стрельца.

Так моя ли вина в том, что по воле вашего же бога я родился между двух созвездий — плод смешения двух рас, двух стран, двух исповеданий?

Когда мы ощущаем в себе страшную силу и порывистость желаний, то относим ее не к самому себе, а к предмету наших желаний, который благодаря ей и влечет нас к себе. И тогда он влечет нас уже неотразимо до такой степени, что мы уже отказываемся понимать, почему другой человек одаряет такой же неотразимостью другую группу объектов, к которой его влечет с той же силой и порывистостью желаний. Кто с самого начала в этом не убедится, пусть лучше помолчит, когда речь зайдет о половом вопросе. Если вопрос заранее возникает в форме ответа, можно прямо сказать, что его и не ставили. И думается мне, причина мистического обожания кроется в том, что чары божества (именуемые у мистиков атрибутами), по самому своему существу требующие поклонения ему, в действительности являются проекцией их собственного рвения.

Читаю «High wind»[2] Ричарда Хьюза. Странная книга: будь я в состоянии крепче связать ее с личностью автора и понять, чем вызвана потребность ее написать, она несомненно привела бы меня в восторг. А вдруг это только игра, необыкновенно ловко задуманная, в которой автор остается победителем, однако, не завоевав моего сердца. Всякая книга занимает меня лишь в том случае, если я в самом деле почувствую, что она родилась из настоятельной потребности, и если эта потребность разбудит во мне ответное эхо. Теперь многие авторы пишут неплохие книги, но они с тем же успехом могли бы написать и другие. Я не ощущаю незримой связи между ними и их творениями, да и сами они меня нисколько не интересуют; они навсегда останутся литераторами, они прислушиваются не к своему демону (у них его и нет), а к вкусам публики. Они приноравливаются к тому, что есть, и это их ничуть не стесняет, — ведь они не чувствуют, что стесняют других.


1930 год.

Я верю, что их мир — мир воображаемый, но иначе, чем лучшим, представить себе не могу.

Иначе говоря: их мир (мир благодати и т. д.) был бы лучшим, если бы не был только воображаемым.

Люди сами убеждают себя во всем и верят — кто во что горазд. А потом свои умозрительные построения называют высшей правдой. Так как же она может быть иной, если верят в нее, как в высшую правду? Да и в какую другую, как не в высшую правду, можно верить?

А вдруг «бесценная жемчужина», ради которой человек лишает себя всех благ, окажется фальшивой?..

Не все ли равно, раз он сам того не знает?


С этой книгой читают
Полное собрание сочинений. Том 9. Июль 1904 — март 1905

В девятый том Полного собрания сочинений В. И. Ленина входят произведения, написанные в июле 1904 – марте 1905 года. Это был период назревания и начала первой русской буржуазно-демократической революции, в которой рабочий класс России, выступил как решающая сила в революции, как ее гегемон.


Чарльз Бэбидж 1791—1871

Чарльз Бэбидж — английский математик и экономист, известен попыткой создания вычислительной машины с программным управлением, принципы которой на целое столетие опередили науку и технику того времени и только в наше время нашли воплощение в ЭВМ. Математические исследования Ч. Бэбиджа способствовали зарождению английской алгебраической школы. Его экономические работы получили высокую оценку К. Маркса. Таблицами Бэбиджа пользовались страховые общества Европы.Для широкого круга читателей, интересующихся историей науки.


Записки героя труда. Том 1. Мемуары
Автор: Юрий Копаев

«…Трудовая деятельность автора проходила в две эпохи. Жить в эпоху перемен по многим религиям трудно и тяжело. Так и мне пришлось трудиться в двух эпохах это: Россия Советская – 33 года и реанимированние капитализма в России („Перестройка“) – 25 лет В Советской России трудиться профессионалу, было чрезвычайно просто: задача поставлена, сроки определены, и про плата труда гарантирована. В перестроечное время всё стало не определённо, так как: задача ставиться не внятно, сроки – „… надо вчера“, и про плата возможна только после реализации (от вас не зависящей)


Александр Литвиненко и Полоний-210. Чисто английское убийство или полураспад лжи

Не так давно мировая и российская публика, интересующаяся скандальным убийством бывшего сотрудника ФСБ Александра Литвиненко, была заинтригована сообщением о состоявшемся в Лондоне суде по этому запутанному и грязному – не только в радиоактивном, но и в политическом смысле – делу. Но, как сообщили некоторые российские СМИ, внезапно оказалось, что и «суд» не был судом, и «судья» – отставной, и решение «суда» – всего лишь выводы некой «комиссии», не имеющие юридической силы.Так что же в действительности происходит уже почти 10 лет под юбкой британской Фемиды? Узнаем ли мы, как в действительности погиб российский эмигрант и тайный сотрудник британской разведки Литвиненко, (сменивший, впрочем, свое русское имя на английское – «Эдвин Редвальд Картер»)? Был ли Картер-Литвиненко отравлен полонием или его заставили замолчать другим убийственным способом? Кто это сделал?Книга, представленная вниманию читателя, уникальна в своем роде.


Гиммлер. Инквизитор в пенсне

На всех фотографиях он выглядит всегда одинаково: гладко причесанный, в пенсне, с небольшой щеткой усиков и застывшей в уголках тонких губ презрительной улыбкой – похожий скорее на школьного учителя, нежели на палача. На протяжении всей своей жизни он демонстрировал поразительную изворотливость и дипломатическое коварство, которые позволяли делать ему карьеру. Его возвышение в Третьем рейхе не было стечением случайных обстоятельств. Гиммлер осознанно стремился стать «великим инквизитором». В данной книге речь пойдет отнюдь не о том, какие преступления совершил Гиммлер.


Виктор Янукович

В книге известного публициста и журналиста В. Чередниченко рассказывается о повседневной деятельности лидера Партии регионов Виктора Януковича, который прошел путь от председателя Донецкой облгосадминистрации до главы государства. Автор показывает, как Виктор Федорович вместе с соратниками решает вопросы, во многом определяющие развитие экономики страны, будущее ее граждан; освещает проблемы, которые обсуждаются во время встреч Президента Украины с лидерами ведущих стран мира – России, США, Германии, Китая.


Адский мир
Автор: Саймон Грин

Год за годом Империя Тысячи Солнц захватывала все новые миры, жадно раздвигая свои границы. Она слишком расширила свои владения и стала бессмысленно огромной. На окраинах Империи на странных планетах живут странные люди. Здесь процветает преступность и бессильны самые жестокие законы. Здесь космические фрегаты Империи несут патрульную службу, тщетно пытаясь противостоять вторжению «чужих». Здесь сумерки Империи уже наступили.


Волк в овчарне
Автор: Саймон Грин
Жанр: Фэнтези

Если вам надоело жить, приезжайте в Хейвен. Там вас непременно прикончат. Портовый город Хейвен – такое место, где лучше не задерживаться на улицах с наступлением темноты. Хотя и днем, пожалуй, немногим лучше. Только из-за того, что Хейвен расположен на пересечении важнейших торговых путей и имеет жизненно важное значение для экономики Нижних королевств, население города не выселили в принудительном порядке, а сам город не спалили до основания, как зачумленное место. Хок и Фишер – супруги, партнеры и неподкупные капитаны Стражи – организации, контролирующей закон и порядок в Хейвене и не позволяющей волне кровавого хаоса захлестнуть город.


Новый выбор оружия

В Зоне нет никого, кто не слышал бы о легендарном Картографе. Он знает тайные тропы и понимает Зону, как никто другой, потому его карты дороже золота. Химику и Пригоршне улыбнулась удача: им досталось его творение, и они решают идти к полю артефактов, не догадываясь о том, что покусились на тайну, которая интересует слишком многих. И снова они преодолевают аномалии, какие раньше и в страшном сне не приснились бы, сражаются с неизвестными мутантами и противостоят могущественным врагам, желающим заполучить карту и прикоснуться к сердцу Зоны.


Спасти империю!

Наш современник, заброшенный в шестнадцатый век, не только выжил, но и неплохо там устроился, став одним из богатейших людей государства. Но останавливаться на этом он не имеет права. Вот и приходится лезть в политику, втираться в царское окружение. А один день, проведенный в этом серпентарии, можно смело засчитывать за десять. Но и здесь вроде он начал осваиваться: мало того что убить себя не дает, так еще умудрился самого Малюту Скуратова завербовать. Да и молодой царь почти что в друзьях у нашего героя.


Другие книги автора
Топи
Автор: Андре Жид

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Имморалист
Автор: Андре Жид

В книге рассказывается история главного героя, который сталкивается с различными проблемами и препятствиями на протяжении всего своего путешествия. По пути он встречает множество второстепенных персонажей, которые играют важные роли в истории. Благодаря опыту главного героя книга исследует такие темы, как любовь, потеря, надежда и стойкость. По мере того, как главный герой преодолевает свои трудности, он усваивает ценные уроки жизни и растет как личность.


Тесные врата
Автор: Андре Жид

Известнейший французский писатель, лауреат Нобелевской премии 1947 года, классик мировой литературы Андре Жид (1869–1951) любил называть себя «человеком диалога», «человеком противоречий». Он никогда не предлагал читателям определенных нравственных решений, наоборот, всегда искал ответы на бесчисленные вопросы о смысле жизни, о человеке и судьбе. Многогранный талант Андре Жида нашел отражение в его ярких, подчас гротескных произведениях, жанр которых не всегда поддается определению.


Фальшивомонетчики
Автор: Андре Жид

До конца жизни его раздирали противоречия между чувственным и духовным. Этот конфликт он выплескивал на страницы своих книг. Его искания стали прозой, точнее — исповедальной прозой. И, может быть, именно поэтому его романы оказывали и оказывают огромное влияние на современников. Тема подлинности и фальши, его «неистребимая иллюзия» — свобода воли, пожалуй, главная в его творчестве. «Фальшивомонетчики» — самый знаменитый роман Андре Жида.


Поделиться мнением о книге